четверг, 2 октября 2014 г.

Зачем социо-гуманитарной науке инфраструктура?


Даже среди самих учёных существует мнение, что социо-гуманитарной науке не нужна развитая инфраструктура: помещения, организация, техника, штаты и т.д. Это очень устаревший взгляд на положение дел… Уверен, что сейчас идёт речь о том, выживет ли в принципе настоящая социо-гуманитарная наука где-либо, кроме нескольких столичных центров. Или, возможно, социо-гуманитарные штудии окончательно превратятся в контр-продуктивную имитацию деятельности, каковой по большей части являются сейчас? Ведь наши конечные заказчики – государство и общество – судя по всему, начинают об этом догадываться) Чтобы сохранить и развить по-настоящему деятельное и общественно-полезное социо-гуманитарное знание нужна развитая инфраструктура. Вот некоторые размышления на этот счёт… Забегая вперёд, обозначу главную мысль – нужно объединятся.
Нынешнее институциональное оформление университетской социо-гуманитарной науки базируется на  неформальных научных школах и научных центрах. Но эта структура в основном представляет собой симулякр. Там ничего нет – ни денег, ни людей, ни работы, ни помещений, ни техники, ни стратегий,  ни партнёров, ни брендов – ничего… Только лишь приказы о создании, уставы центров, вялые отчёты… Отдельный учёный-гуманитарий – и жнец, и швец, и на дуду игрец. В гуманитарной сфере практически отсутствует разделение научного труда, а сопровождение научной деятельности находится на допотопном уровне. Здесь мало больших коллективов и амбициозных исследовательских программ. Это пространства множества мелких, идеально выполненных и не вызывающих не возражений, ни интереса микроисследований, которые невозможно сложить в целую картину. Такое ощущение, что мы вот уже несколько сотен лет готовим какой-то исходный материал для будущих исследований.


Кадры из мультфильма «Симпсоны» (серия Treehouse of Horror XIII, создатель – Мэтт Гроунинг, режиссёр – Дэвид Силверман). С помощью волшебного гамака клоны Гомера чрезвычайно размножились. Чтобы не допустить полного заселения Америки  Гомерами Симпсонами, правительство заманивает клонов к обрыву при помощи муляжей гигантских пончиков, подвешенных к вертолётам.

Но это набросок картины в целом, а что же можно сказать конкретно о нас? У нас не всё так мрачно – например, по объёму внешних привлекаемых средств (гранты и пр.) представители социо-гуманитарных дисциплин Державинского университета за последние годы ничуть не уступают «естественникам». У Державинского университета есть шанс выбраться; но, конечно же, всегда есть также соблазн остаться в рамках инерционного сценария.
Чтобы не погрузиться в болото,  необходимо развивать инфраструктуру – сделать её более укрупнённой,  динамичной, ориентированной на привлечение средств, более профессиональной (в организационном и техническом смыслах).

Нам нужны научные институты как реально девствующие подразделения вуза!
Инструментом совершенствования дизайна вузовской науки последние года время выступало создание работоспособных научно-образовательных центров – НОЦ. Обратим внимание, в Державинском университете созданы НОЦи двух видов:
1) «федеральные» НОЦи, получающие госфинансирвоание по госконтрактам в рамках мероприятия 1.1. ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» (в университете имеется семь таких Центров);
2) «обычные» НОЦ, финансируемые за счёт иных источников (несколько научных центров университета смогли достичь такого высокого уровня без финансирования по направлению 1.1. ФЦП «Кадры…»).
Развитие науки – это стратегия, но не только стратегия ректората. Это ещё и чёткое осознание системы действий в каждой научной сфере. Иначе говоря, это многоуровневая стратегия. Именно НОЦ являются центрами выработки таких узкотематических политик.
Сейчас некоторые НОЦи могут сыграть роль «затравки» для создания университетских научных институтов (УНИ).
УНИ  является способом концентрации научно-интеллектуальных усилий и, вместе с тем, диверсификации научно-организационных функций.
УНИ – полифункциональные центры, специализирующиеся в относительно узком тематическом диапазоне исследований. Полифункциональность предполагает разделение труда, диверсификацию организационно-научных функций между сотрудниками. (Одни  сотрудники занимаются подготовкой заявок, другие – издают журнал, третьи – обеспечивают Интернет-активность и т.п.).  Такая диверсификация функций и, соответственно, специализация сотрудников на выполнении отдельных организационных задач даёт возможность проводить систематическое повышение квалификации и повышать профессионализацию сотрудников.
На рост заявочной и отчётной нагрузки, с которой сталкиваются во всё возрастающей мере лидеры научных коллективов, следует отвечать ростом эффективности и делегированием функций в рамках функционально-диверсифицированных научных центров.

Функции УНИ и задачи, которые могут быть решены с помощью научных институтов:
- концентрация научных проектов, консолидация исследовательских усилий;
- вывод научных проектов на общероссийский и мировой уровень по качеству и актуальности, то есть акселерация уровня исследований;
- принципиальное улучшение качества публикационной активности (значительный рост числа публикаций в высокорейтинговых журналах вместо массированного производства макулатуры);
- стратегическое научное планирование, выработка и реализация в течение длительного периода больших исследовательских программ: от фундаментальной разработки темы, через исследование её прикладных аспектов, к созданию инновационных продуктов.
- поддержка связей с академическими и иными центральными научными структурами;
- интернет-активность (создание собственного сайта, обслуживание Интернет-версий журналов, взаимодействие с электронными библиотеками и регистрационными системами);
- подготовка заявочной и отчётной документации по грантам;
- обеспечение инновационной деятельности, культивирование связей с инвесторами, технологическими партнёрами, бизнес-структурами;
- организация конференций;
- организация научных изданий (редакционное и организационное обслуживание издания специализированных журналов).

Разделение труда в рамках УНИ:
-собственно исследовательская работа (кстати говоря, в этой сфере также велика диверсификация труда);
- руководство, стратегические планирование исследований, представительские функции, формирование системы научных связей и поддержка исследовательского брэнда коллектива;
- фандрайзерские функции (мониторинг источников финансирование и инициирование проектов привлечения средств);
- обеспечение документооборота (подготовка формальной документации по заявкам и отчётам), переписка с контр-агентами;
- конференц-менеджмент;
- компьютерное, информационное, техническое обеспечение научных исследований; обеспечение Интернет-представительства научного центра (поддержание сайта, ведение блогов, поддержка присутствия в научных соцсетях и пр.)
- издание собственных журналов (если они есть);
- сопровождение публикационной активности (переводы и редактура, коммуницирование с журналами и пр.)
Вообще последний пункт особенно важен. Ведь увеличение числа публикаций в журналах из Web of Science  и Scopus  - это наша своего рода Северная война. Для нас она значит то же самое, что реальная Северная война значила для России и Петра I. Чтобы выиграть её, нужно решить половину наших системных проблем, а чтобы решить другую половину проблем – нужно выиграть эту войну).
Необходимо, однако, помнить, что носители всех этих функций в рамках УНИ являются, прежде всего, исследователями. Иметь узкую специализацию, работать в узком диапазоне задач мог позволить себе только рабочий у конвейера индустриальной эпохе. Постиндустриальное общество (и, в частности, его сегмент научного производства) предусматривает  полифункциональность работника.
Однако ни один исследователь не в состоянии выполнить все функции сопровождения научной деятельности. Особенно в современном мире, где такие функции стали важны, многообразны и довольно сложны. И требуют профессионального, а не любительского подхода…

В нынешнем состоянии система НОЦев (а затем - УНИ) должна сформировать функциональную научную структуру, в дополнение к линейной образовательной структуре. Кафедры, являясь, по определению, научно-образовательными подразделениями, перегружены организационно-образовательными задачами и, кроме того, не всегда достаточно «массивны», чтобы консолидировать научные усилия для выполнения госзаказа или иных масштабных исследовательских проектов. УНИ логически дополнят научные усилия кафедр.
Конечно,  УНИ нуждаются в штатах и материальной базе… В этом нуждаются все… А получит только тот, кто сможет доказать собственную нужность для университета, общества, рынка и государства…

Вот конфликтный вопрос: как соотносится научная деятельность и образовательная или, иначе говоря, как взаимодействуют научные подразделения и учебные?
Формальный ответ прост: одно не может быть без другого. «Естественно, преподавательская деятельность сотрудника университета неразрывно сопряжена с научной – это главное отличие вуза любого типа». Можно произнести ещё массу красивых слов… НО в реальности довольно часто возникает институциональный конфликт – или ты тянешь лямку в более чем тысячу часов (зато это постоянный доход), или ты занимаешься наукой (но ведь грантовское финансирование весьма переменчиво).  Такой институциональны конфликт приводит к тому, что один их этих двух видов деятельности (или наука, или образование) для человека становится обременительным придатком (требуют какие-то отчёты, а денег не платят… ).

Кадры из мульфильма «Футурама» (серия Attack of the Killer App, создатели – Мэтт Гроунинг, Дэвид Коуэн, автор сценария – Патрик Веронэ). У главной героини – Лилы – обнаруживается нарост в виде головы по имени Сьюзен, которая имеет самостоятельные потребности и взгляды на жизнь и потому доставляет Лиле серьёзные беспокойства. Лила жалуется: «Я её постоянно срезаю, но она постоянно отрастает».

Но должно-то быть наоборот – наука и образование должны быть комплиментарными взаимно-полезными активностями.
Выход из этой конфликтной ситуации обманчиво прост – нужно, чтобы исследователь, переходя в научное подразделение (например, после получение большого гранта для выполнения которого требуется много времени), мог резервировать за собой некоторое количество преподавательских часов (как подушку безопасности в случае прекращение грантового финансирования). Такой порядок в целом уже используется в ведущих вузов. Крупные учёные охотно и смелее идут в профессиональную науку из преподавательско-любительской, а для их младших коллег освобождается большее количество преподавательских мест. Ведь мэтрам уже нет необходимости всегда лично занимать эти места, ради сохранения стабильности доходов.
Совсем другой вопрос: может ли университет обеспечить такую штатно-кадровую гибкость?...

В посте использованы материалы статей:
Жуков Д.С., Лямин С.К., Шаршов И.А. Направления развития и совершенствования научной инфраструктуры университета // Молодежь и социум. 2011. № 4 (8). С. 7-16.


Желаю удачи! И чтоб гранты не кончались!


Дмитрий Жуков

Центр исследования политических трансформаций centrtsu.ru
Центр фрактального моделирования  ineternum.ru
Кафедра международных отношений и политологии
ineternatum@mail.ru

Комментариев нет:

Отправить комментарий